?

Log in

No account? Create an account
Igor 2017

igorkorshunov


Северный Кипр - затерянный рай


Previous Entry Share Next Entry
Турция - Европейский Союз - Кипр
eu
igorkorshunov
ЗАЯВЛЕНИЕ главы турецкого МИДа Ахмета Давутоглу о том, что дипломатическое решение «кипрской проблемы» будет найдено к концу текущего года, и его предположение, что референдум об объединении острова пройдет уже в начале 2012 года, стало настоящей неожиданностью. Хотя бы потому, что переговоры между руководством греческой и турецкой частей острова при посредничестве генсека ООН Пан Ги Муна даже самые оптимистично настроенные обозреватели называли «вялотекущими».

Кипрские переговорщики в Женеве, как и все последние двадцать лет, концентрировались не на светлом будущем объединенного острова, а на том, кто, что и у кого отнял в далеком 1974 году, когда греки оказывали действенную поддержку военному перевороту, а турки «защищали конституционный порядок» с помощью тридцатитысячного военного контингента, присланного Анкарой.

Правда, «референдум–2012» может так и остаться исключительно благим намерением — прецеденты известны. Ровно два года назад, в июле 2009-го, Турция уже объявляла о готовности провести референдум в 2010 году. Дальнейшая судьба этой инициативы осталась тайной.

Собственно, реальная попытка «референдумного» объединения Кипра, если таковая действительно случится в 2012 году, тоже будет не первой — в 2004-м киприоты уже решали этот вопрос. И если 65% населения турецкой части острова поддержали инициативу тогдашнего генсека ООН Кофи Аннана, то 76% населения греческой части острова проголосовали против.

Впрочем, в этот раз Анкара настроена куда более решительно. Давутоглу заявил, что переговоры по Кипру без четко определенных временных рамок являются «дорогой в никуда». В случае провала турецкая сторона устами дипломатов и приближенных к правительству политических аналитиков не только обещает навсегда отказаться от дальнейших попыток объединить остров, тем самым законсервировав конфликт, но и грозится употребить все имеющиеся дипломатические возможности для международного признания Северного Кипра.

Такая риторика, очевидно, — инструмент новой европейской стратегии Анкары. Туркам надоело ждать милости от Брюсселя, и правительство Реджепа Эрдогана уже несколько лет повышает тон диалога с ЕС. Вероятно, с помощью кипрского вопроса Анкара пытается создать некую «точку невозвращения». Турция вынуждает евробюрократов дать четкий ответ, желают ли они перейти к решению конкретных проблем двусторонних отношений — с определением четких временных границ дальнейшего вступления страны в ЕС — либо же Анкаре следует забыть о евроинтеграции и направить все силы на развитие альтернативных парадигм внешней политики.

При этом все стороны признают, что решение вопроса об объединении острова желательно завершить до июля 2012 года, чтобы Кипр мог возглавить Евросоюз уже в качестве единого государства. У Анкары в этом есть и видимый практический интерес — в правительстве объединенного Кипра будут представители турецкого севера, что если и не превратит остров в «евроадвоката» Турции, то, во всяком случае, поумерит антитурецкую риторику сегодняшнего греческого правительства острова.

Но кроме турецкой решимости и сдержанного интереса со стороны международного сообщества, никаких серьезных причин для позитивных ответов на «референдуме–2012» на сегодня нет. Греки-киприоты, как и раньше, не хотят, чтобы на острове оставался даже ограниченный турецкий военный контингент. Как и раньше, неизвестно, как улаживать проблемы с собственностью: имущество и недвижимость греческих беженцев давно считают своим турецкие поселенцы. Да и земля турок, бежавших с юга, нашла новых владельцев среди греков. Неясно, что делать 150 тысячам переселенцев из Турции, которые вопреки женевским конвенциям осели на оккупированной части Кипра.

Еще одним пунктом, обязательно присутствовавшим в предыдущих планах объединения и немало раздражавшим греческое население, являются международные гарантии неприкосновенности недвижимого имущества граждан ЕС в северной части острова. Многие земли, ранее принадлежавшие греческим семействам, были куплены у турок преимущественно богатыми британцами — и настаивать на их реквизиции в пользу греков-киприотов ЕС точно не будет.

Ответы на эти острые вопросы не могут предложить ни турецкие, ни европейские дипломаты. При этом политическая ситуация в самой Греции тоже мало способствует успеху референдума. Премьер Георгиос Папандреу, который по крайней мере декларативно соглашался с планом Кофи Аннана в 2004 году, сейчас едва удерживается в своем кресле и явно не станет поддерживать радикальные международные инициативы, вызывающие аллергию у большинства его избирателей.

Определенным рычагом влияния на греческую общину может стать обещание значительной финансовой поддержки для ликвидации последствий взрыва на военных складах, прогремевшего 11 июля и повредившего, среди прочего, электростанцию, которая генерирует 50% электричества на острове. Но решение о помощи должно быть принято в ближайшие недели, а до референдума, даже по подсчетам турецких оптимистов, еще не менее полугода.

В таких условиях результат голосования в греческой части острова остается, увы, предсказуемым. Гораздо сложнее предсказать реакцию турецкой стороны и ее долговременные последствия для политики во всем средиземноморском регионе.

http://world.comments.ua